09:49 - 30 Мар, 2018 г.Версия для печати

Уголовное дело о гибели солдата Артема Тетерина из Забайкальского края рассматривается в Балашихинском гарнизонном суде

По информации сайта Фонд «Право Матери» на скамье подсудимых – сослуживец Артема, Усуб Аджоян. Ему предъявлено обвинение по ст. 116 УК РФ (побои) и ст. 110 УК РФ (доведение до самоубийства). В деле, кроме признанной потерпевшей матери погибшего Ольги Валерьевны Тетериной, есть еще потерпевшие – трое военнослужащих. Дело слушает судья Вадим Павлюкович. Интересы матери погибшего представляет юрист Фонда «Право Матери» Надежда Кузина.

По информации сайта, 24 октября 2016 года Артем Тетерин пропал из войсковой части, его исчезновение, по показаниям свидетелей, выглядит странно. Он не планировал побег. 24 октября 2016 года он нес боевое дежурство на технической позиции, которая находится в лесу. Вместе с ним на позиции находились трое сослуживцев. Также там должен был быть офицер – капитан Картавин, однако он свое боевое дежурство просто бросил, оставив солдат одних.

По материалам дела, сослуживцы попросили Артема сходить в ближайший поселок – в магазин. Он ушел в магазин, сделал там покупки и направился обратно.

«По свидетельским показаниям, вслед за Артемом в тот же магазин приходил Аджоян вместе с двумя военнослужащими. Иных военнослужащих в тех местах в это время – по свидетельским показаниям – не появлялось. В течение нескольких часов сослуживцы Артема, когда по связи запрашивали их техническую позицию, на просьбы вызвать его на связь, отвечали, что он ушел в туалет. Так продолжалось до тех пор, пока на позицию не прибыл заподозривший неладное старший лейтенант Михаил Копачев. Он и обнаружил отсутствие Артема Тетерина в части. Были организованы поиски, не давшие никаких результатов. Тело Артема Тетерина была найдено лишь 26 марта 2017 года (спустя пять месяцев после исчезновения) – в 500 метрах от КПП части в петле, закрепленной за маленький сучок дерева, на границе лесопосадки и поля, т.е. на достаточно открытом участке местности», - говорится на сайте.

Также на сайте отмечается, что в заседании 28 марта были допрошены офицеры части. Командир роты Александр Картавин признал в суде факт, что бросил свое боевое дежурство и убыл с территории войсковой части по своим личным надобностям. Обратно он прибыл лишь около 23 часов, когда ему сообщили, что из части пропал подчиненный ему боец.

«Кроме того, Александр Картавин дал показания, что во время розыскных мероприятий, поисковые отряды под руководством бойцов по контракту проходили участок местности, на котором впоследствии был обнаружен труп Артема, и на момент поисков – трупа на этом месте не было», - говорится в сообщении.

По информации сайта, объяснить это Картавин ничем не мог: «Возможно, просмотрели». Аналогичные показания, касающиеся поисковых мероприятий и обнаружения трупа, дали старшие лейтенанты Михаил Копачев и Алексей Иванников.

По информации сайта, также капитан Картавин подтвердил отрицательную характеристику, данную им на подсудимого Аджояна: «За время службы в занимаемой должности рядовой Аджоян У. Р. показал средний низкий уровень профессиональной подготовки. Требования общевоинских Уставов изучил в минимально необходимом объеме. Свои обязанности по занимаемой должности не знает, в повседневной деятельности их не выполняет. Дисциплинированность и исполнительность на низком уровне. Поставленные задачи выполняет, но не всегда в установленные сроки и требует постоянного контроля со стороны командиров и начальников. Инициативу не проявляет. (…) Моральные и психологические качества не всегда устойчивые, требует постоянного контроля со стороны старших начальников. Состояние здоровья удовлетворительное. Работоспособность средняя, физическая подготовка хорошая».

«Кроме того, на уточняющие вопросы юриста Фонда «Право Матери» капитан Картавин пояснил, что Аджоян за время прохождения службы на здоровье не жаловался. Он, Картавин, ни разу не видел, чтобы Аджоян плохо себя чувствовал или принимал какие-либо лекарства. И аналогичные показания дали все остальные свидетели-офицеры: Аджоян на здоровье не жаловался, лекарств не принимал, наоборот, находился в хорошей физической форме. Это к вопросу о том, что после предъявления обвинения подсудимый сразу оказался «эпилептиком» и недо-военнослужащим, «не могущим» нести ответственность за преступления против военной службы. Кроме того, сотрудница медицинского пункта части сержант Татьяна Сулоева также подтвердила, что у Аджояна за время прохождения военной службы не возникало проблем со здоровьем, чувствовал он себя нормально, лекарств никаких не принимал», - отмечается там.

Также в суде был допрошен начальник пункта управления части старший лейтенант Федор Гусев. Юрист Фонда «Право Матери» попросила свидетеля пояснить данные им на следствии показания.

«Рядового Аджояна У. Р. могу охарактеризовать как неформального лидера среди военнослужащих по призыву (…) Аджоян У. Р. демонстрировал свои лидерские качества, в том числе и при помощи физических данных, а также самоутверждался за счет слабых военнослужащих». Офицер Российской армии Гусев пояснил, что – по его мнению, в «замкнутом мужском коллективе» всегда есть кто-то сильный, кто самоутверждается за счет слабых. «Это неправильно, но может быть в замкнутом мужском коллективе», – процитировали на сайте слова свидетеля Гусева.

Рассмотрение уголовного дела продолжается.

Система Orphus