Honda-CRV подпалила «Капитал»

В истории о сгоревшей иномарке «Honda-CRV» на автозаправочной станции ООО «Капитал и К» начался новый этап. По уголовному делу, переданному из Госпожнадзора в следственный отдел Железнодорожного ОВД более двух месяцев назад, наконец-то назначен следователь. Но в этом материале пресс-служба ГУ МЧС РФ по Забайкальскому краю подробно рассказывает о том, как это дело начиналось и – как закончилось для дознавателя читинского отдела Госпожнадзора Леонида Тарасова. Потому что с тех пор, как дело попало в милицию, следствие по нему не ведется.

Напомним, 19 января на автозаправке «Капитал» по улице Трактовая в Чите загорелась иномарка «Honda-CRV». Следствие длилось полгода, в итоге дознаватель Госпожнадзора прекратил дело по причине отсутствия состава преступления в действиях как владелицы иномарки, так и владельцев автозаправочной станции. Однако руководство станции в своих комментариях журналисту городского портала высказалось резко негативно в отношении действий дознавателя пожарного надзора. Попробуем рассмотреть опубликованный ранее материал и предположить, что побудило руководство «Капитала» к таким высказываниям.

Начнем с первых абзацев того материала, в которых говорится о доследственной проверке: «По результатам этой проверки было возбуждено уголовное дело по статье 168 «Уничтожение или повреждение имущества по неосторожности». Однако спустя неделю после пожара не были определены ни подозреваемые, ни потерпевшие, а через шесть месяцев дознаватель Госпожнадзора Леонид Тарасов прекратил расследование уголовного дела». В данном случае непонятно обращение журналиста на тот факт, что через неделю не были определены потерпевшие и подозреваемые. Дознаватель имеет право определять круг этих лиц в течение всего следствия (ст.42 УПК РФ).

«Директор ООО «Капитал и К» Владимир Потепалов и юрист Павел Карташов, представляющий компанию, считают, что нарушения дознаватель Госпожнадзора стал допускать ещё до начала расследования». Абсурдность фразы лежит на поверхности – как можно допускать ошибки в расследовании дела, не приступив к началу расследования? Единственное, к чему могли предъявить претензии господа владельцы «Капитала» - это сроки возбуждения уголовного дела. Решение о том, возбуждать или нет, дознаватель принимает в десятидневный срок после происшествия. В данном случае пожар произошел 19 числа, дело возбуждено 25-го.

Юрист г-на Потепалова Карташов говорит о действиях пожарных: «…Потушив огонь, они зацепили горящий автомобиль и оттащили его от колонки. Мы понимаем, что это сделано в целях безопасности, но делать этого нельзя…». Отрадно, что господин Карташов заботится о следствии. Правда, он не учитывает элементарный факт, что фактически пожарные, оттащив горящее авто от колонки, спасли саму заправку от полного уничтожения. Кстати, дознаватель не имеет отношения к действиям пожарных, которые попросту делали свою работу. И заметьте – делали ее качественно, раз заправка осталась цела.

Также Потепалов отмечает, что сгоревший автомобиль был не признан вещественным доказательством, и добиться такого владельцы заправки смогли только после соответствующего решения суда. Опять же – ложь. В первую очередь из автомобиля были изъяты все необходимые для экспертизы части, в дальнейшем и сам автомобиль был признан вещдоком, и суд тут не причем.

Неверны и слова Потепалова о том, что «Перед экспертизой мы задавали вопросы, где была куплена машина, как она эксплуатировалась, попадала ли в ДТП и с какими последствиями, в каких салонах проходила техобслуживание. Все эти вопросы были отклонены». По проверке автомобиля дознаватель Леонид Тарасов проделал тщательную и скрупулезную работу, понимая, что подобный случай произошел впервые и не только в его практике, но и в истории всего городского отдела Госпожнадзора. Во-первых, были направлены несколько запросов в ГИБДД. Пришедшие оттуда данные подтверждали – машина не попадала в ДТП, на ней не производилась замена базовых агрегатов. То есть каких-либо неисправностей в автомобиле выявлено не было, следственно - он не мог послужить причиной пожара. В подтверждение этого были проведены несколько экспертиз. Первая – в экспертно-криминалистическом центре УВД Забайкальского края. Однако результаты этой экспертизы не удовлетворили прокуратуру и аналогичная экспертиза была проведена в Иркутске. Здесь сделаем небольшое отступление и расскажем о процедуре этой проверки. Ее алгоритм, несмотря на сложность процедур, весьма прост. Перед экспертом находится список более чем из тридцати вопросов, имеющих отношение к причинам пожара. И эксперт поочередно отвечает на эти вопросы, исключая возможные причины пожара, оставляя наиболее вероятную. В частности, отметим – особо была исследована проводка – в ней могло произойти короткое замыкание, ставшее причиной пожара. Однако даже не эксперту ясно – учитывая, что заправщик наливал бензин в бочку, стоящую в багажнике, сам багажник был открыт, проводка спрятана глубоко под обшивкой, в салоне просто не могла образоваться паровоздушная смесь бензина, способная воспламениться от искры в проводке. Единственное место, где эта смесь была – внутри емкости, куда заливалось топливо. В итоге единственная причина пожара, которую эксперт не исключил - «разряд статического электричества между емкостью и топливораздаточным краном.

Вот тут и начинается самое интересное. Ведь экспертиза полностью исключила автомобиль из причин пожара. Обращаемся к учебнику физики, где сказано, что бензин является диэлектриком и как следствие при трении о металлическую емкость на ее поверхности накапливается заряд статики. Идем дальше и обращаемся уже к правилам эксплуатации электроустановок, в которых говорится, что автозаправочная колонка должна быть обязательно заземлена. Благодаря этому разряд статики уходит в землю и риск возникновения искры в заправочном «пистолете» сводится к нулю. И за исправностью этого заземления следует следить тщательно и постоянно, так как это – один из главных залогов безопасности людей, как работников заправки, так и ее клиентов. Как говорят сами инспекторы, страшнее этого нарушение только заправка автомобиля с зажженной сигаретой в руках.

Потому то и странно выглядят слова господина Потепалова «В постановлении о прекращении уголовного дела сказано об истёкшем сроке действия свидетельства о регистрации лаборатории, проводившей проверку АЗС. Нарушение это чисто формальное, похожее на просроченный талон техосмотра. Машина, естественно, работает не хуже, но нарушение, тем не менее, допущено».

На тот случай, если у господина Потепалова есть личный автомобиль, напоминаем – без техосмотра его эксплуатировать нельзя, так как могут произойти страшные вещи, вдруг там есть неисправности и авто загорится во время заправки?

А теперь подробнее. Потепалов поясняет: «Лаборатория, о которой идёт речь, проводила на АЗС замеры сопротивления на контуре, который гасит статическое электричество. Если сопротивление на контуре больше нормы, то электричество может накопиться и стать причиной возгорания. Проверки проводятся регулярно и их результаты сильно не меняются. Цифры были одинаковыми и при проверке до пожара, и после него».

Дело в том, что испытание электроустановок является обязательным требованием пожарной безопасности (пункт 57,60 ППБ 0103). Периодичность таких испытаний – раз в полгода. Потепалов утверждает, что такие проверки проводились ранее, и все было в порядке. Дознавателя заинтересовало, какая же организация проводила эти проверки на заправке «Капитала». В итоге выяснилось, что это было некое ООО «Спектр-Л». И номер лицензии этой компании, указанный в протоколе последних испытаний – просрочен. Более того, когда инспектор заинтересовался, какими приборами проводились эти испытания, оказалось, что и они не проходили соответствующей проверки в центре метрологии и стандартизации. Получается, что проверки проводила компания не прошедшими проверку приборами и в принципе не имеющая право этого делать. Обо всем этом есть соответствующие отчеты в материалах уголовного дела.

Далее господа Потепалов и Карташов и вовсе искажают факты. Например, говорят, что провода из сгоревшей машины изымались без понятых, хотя на месте были не только понятые, но и эксперт экспертно-криминалистического центра от УВД по Забайкальскому краю. Подписи всех членов осмотра есть в протоколе.

Говорят, что инспектор Тарасов не признал «Капитал» потерпевшей стороной, хотя на самом деле – признал. Непонятно им и то, какая сумма ущерба признана за владелицей иномарки, хотя в постановлении четко соответствующие цифры.

В итоге Карташов подытоживает: «Мы видели, что дело решается не в нашу пользу, готовились к долгой защите, но к нашему счастью отреагировал прокурор».

- Дело было прекращено по согласованию с прокуратурой, - рассказывает уже непосредственно сам дознаватель городского отдела Госпожнадзора Леонид Тарасов. – После этого дело было отправлено опять же в прокуратуру для проведения надзорной проверки. И эта проверка никаких нарушений не выявила. Дело было возвращено в отдел Госпожнадзора по минованию надобности. Однако спустя несколько дней владелец «Капитала» обратился в суд с жалобой на действия дознавателя. И прокуратура Железнодорожного района снова запросила уже проверенное ею дело. Обратно в наш отдел эти три тома уже не вернулись. И через несколько дней в отдел пришло представление прокурора, в котором говорилось: «в процессуальном решении не указано какое-либо основание прекращения уголовного дела. Более того, в данном постановлении дознавателем одновременно сделан вывод, как об отсутствии события, так и состава преступления». Хотя повторяю – состава преступления не было по одним статьям, события – по другим. В итоге суд постановил – передать дело в следственный отдел Железнодорожного ОВД.

Теперь это дело Госпожнадзора не касается. Следствие, надеемся, ведут знатоки.

Вадим Малышев, Пресс-служба Главного управления МЧС России по Забайкальскому краю





Эта статья опубликована на сайте Забайкальское информационное агентство
http://www.zabinfo.ru/