Маньчжурское обрусение

Города, они как люди, всяк по своему стараются выделиться из урбанистического однообразия современности. И русская игрушка – матрешка – стала туристическим символом китайского пограничного города.

Город Маньчжурия возник на пустом месте так: в конце позапрошлого века русских укусила какая-то муха строить железную дорогу из Читы во Владивосток прямиком через Китай. Первой станцией Китайско-Восточной железной дороги на китайской территории и стала эта Маньчжурия.

После всех перипетий двадцатого столетия китайцы превратили незамысловатый продукт русской экспансии, а впоследствии и центр русской эмиграции в первоклассный сухопутный порт, вокруг которого тучно разросся город-магазин и город-ресторан. В год до кризиса он принимал более миллиона человеков из российской публики попроще.

В основном читинцев, улан-удэнцев и иркутян, которым не то что Европа, но и какой-нибудь китайский Далянь с Хайнанем дорого и далековато. Они едут сюда «затариться» дешевым китайским барахлишком, чтобы после шопинга «прикольно отжечь и оттопыриться конкретно». Благо китайцы настроили рынков и магазинов и создали целую индустрию нехитрых и недорогих развлечений.

Город весь завешан вывесками на русском типа «Ресторан Василий» и «Гостиница Баба Женя». Весь персонал говорит по-русски в объеме, необходимом для розницы и мелкого опта, представителей сильного пола оба этноса называют «дэлуга» (то есть «друг»), прекрасного – «куня» (искаженное от китайского «гуньян» - «девушка»).

При этом русско-китайская дружба, о которой в последнее время едва ли из утюга не поют, здесь зашла так далеко, что китайские власти искренне предлагают российским гостям уже воздержаться от посещения некоторых рынков: там шпана, понаехавшая со всей Поднебесной за длинным юанем, может и принудить малоопытного россиянина купить вещицу, если он ее примерил и успел немного поторговаться.

Веселыми маньчжурскими вечерами подвыпившему россиянину таксист с очень большой вероятностью предъявит к оплате астрономическую сумму. На скандал соберется таких извозчиков человек десять, в полиции они хором скажут, что русский нанял экипаж за ту самую цену, а потом спьяну отказался платить. Кричать по-русски и махать руками в соответствии с принципом "Ты людям все расскажи на собрании" не помогает. (Вообще-то китайцы - приветливые и доброжелательные люди, но Маньчжурия – всекитайский проходной двор, к тому же и соотечественники за годы оживленного развития туризма сами зарекомендовали себя).


Маньчжурские власти приняли специальную градостроительную концепцию придания облику этого портового городка экзотических для нездешнего китайца русских черт

При этом базарная Маньчжурия никогда не могла похвастать туристическими достопримечательностями даже регионального значения, однако бум внутреннего туризма в Поднебесной заставил ее искать оригинальный продукт для привлечения путешественников из стремительно богатеющего восточного побережья КНР. (Сегодня китайцы могут с легким сердцем цитировать не выходившего в Китае из моды Сталина: "Особенность нашей революции в том, что она дала трудящимся не только свободу, но и материальные блага, и возможность зажиточной и культурной жизни").

Русская экзотика на продажу

И вот столь любимая многими сибиряками за восхитительный шопинг Маньчжурия для привлечения туристов из «застенного» Китая, (которым этот самый шопинг, мягко говоря, «по барабану»), обратилась, так сказать, к русским корням. С учетом истории возникновения города вполне логичным было сделать ставку на торговлю русской экзотикой, показывая капризному путешественнику то, что он во внутреннем своем Китае нигде ни за какие деньги своими глазами не увидит. Неуемные маньчжуры наоткрывали псевдорусских кабаков и выписали для музыки российских лабухов.

В отсутствии исторических достопримечательностей – следы прошлого русского присутствия уничтожили старательные хунвэйбины еще в годы культурной революции, а то немногое, что сохранилось тщательно отреставрировано – китайцы принялись создавать современные, причем сразу с претензией на уникальность. На участке между городом и «Международным автомобильным пунктом пропуска «Маньчжурия – 18-й километр» была построена крупнейшая в мире – даже не в Азии, а именно в мире - «Площадь матрешек».


Венчает сооружение огромная матрешка высотой 30 метров, в которой расположился развлекательный центр, бойко и круглосуточно торгующий разрешенными удовольствиями

На пространстве площадью пятьдесят одна с половиной тысяча квадратных метров затейливые маньчжурские архитекторы живописно расставили 290 расписанных в традиционном русском стиле больших матрешек. 8 восьмиметровых кукол являются функционирующими капитальными зданиями, торгующими сувенирной всячиной.


Довершает яркую композицию музыкальный фонтан, где все время звучат русские мелодии

Венчает сооружение огромная матрешка высотой 30 метров, в которой расположился развлекательный центр, бойко и круглосуточно торгующий разрешенными удовольствиями. Довершает яркую композицию музыкальный фонтан, где все время звучат русские мелодии. Фонтан окружен совместной скульптурной группой, в которой китайский дракон мирно соседствует с персонажами русских сказок, символизируя дружбу, сотрудничество и много других приятных и полезных вещей.


Фонтан окружен совместной скульптурной группой, в которой китайский дракон мирно соседствует с персонажами русских сказок

Не останавливаясь на достигнутом, местные власти даже приняли специальную градостроительную концепцию придания облику этого портового городка экзотических для нездешнего китайца русских черт. Получился, конечно, жуткий китч, но эта реконструкция старорежимной лепоты, похоже, никого не смущает. В рамках данной концепции также был построен и так называемый Музей русского искусства (там китайцам, которые «сами не местные», сбывают изделия плодовитых маляров как из Китая, так и из России).


Архитектурный облик музейного здания выполнен по образцу православного храма в российском городе Краснокаменск, документацию на который шустрые маньчжуры добывали и мытьем, и катаньем, но все-таки преуспели

Музей располагается за ставшей уже вполне знаменитой Площадью Матрешек и включает в себя два, можно сказать, самодостаточных и бесспорно уникальных для китайского приграничья элемента. Во-первых, оригинальную коллекцию на открытом воздухе уменьшенных копий шедевров российского искусства ваяния советского периода.

А во-вторых, а, может, и наоборот, во-первых, – кто этих китайцев разберет – само музейное здание, выполненное в традиционной форме русского православного храма с крестами на маковках куполов. Архитектурный облик музейного здания выполнен по образцу православного храма в приграничном российском городе Краснокаменск, который стал известен незадачливым сидельцем в одной из местных колоний. Строительную документацию на храм шустрые маньчжуры добывали и мытьем, и катаньем, но все-таки преуспели.

«Культур, мультур и трубадур»

А скульптур всего 14. Подбирая для своего музея образцы нашей – кто будет спорить – не слабой монументалистки, китайцы, конечно, не могли не ориентироваться на раскрученность, а также идеологическую совместимость. Так мухинский Рабочий, прижимаясь к Колхознице, вздымает теперь серп и молот к китайским небесам. Парочка по-прежнему преисполнена необоримого духа движения, вместе образуя символ устремленности народа пограничной Маньчжурии к грядущим победам в туристическом бизнесе. И Родина-мать Вучетича зовет китайского потребителя прямо в крепкие руки местной индустрии гостеприимства.


Рабочий, прижимаясь к Колхознице, вздымает теперь серп и молот к китайским небесам

В этой же компании оказались и мельхиоровый Гагарин Островского вместе с бронзовым Пушкиным Аникушина. (Солнце русской поэзии напоминает в маньчжурском заграничьи бессмертный сюжет о том, что «Му-Му» написал Тургенев, а памятник китайцы поставили Пушкину). Однако именно пафосный Вучетич, на маньчжурском счету которого также копии Памятника советскому воину-освободителю в Берлине и «Умираю, но не сдаюсь» в память героев Сталинграда оказался самым востребованным в Маньчжурии советским скульптором.


В китайской части торговой зоны Забайкальск-Маньчжурия количество туристов из внутренних районов КНР давно превысило немалое число российских посетителей

В то же время некоторые шедевры наводят и на мысль, что зодчие Поднебесной, женщины которой, как считают некоторые, отличаются сухопаростью и плосковатым бюстом, не смогли не отдать должное своеобразной красоте русской женщины, теперь открытой для взоров и китайских мужчин, не избалованных роскошью форм.


Зодчие Поднебесной не смогли не отдать должное своеобразной красоте русской женщины

Примечательно, что все монументы ориентированы на юг к автостраде, откуда к ним и приходят посетители. И только Петр Великий, лицом к тому же мало похожий на оригинал Фальконе вздыбил коня на запад в сторону российского поселка Забайкальск, грозно указуя монаршей дланью на российскую пограничную заставу Краснознаменного Хинганского отряда. При этом китаизированный, но по-прежнему узнаваемый император, как и у Фальконе, топчет лошадью какого-то змия. Но в контексте антизападной – в смысле физической географии – ориентации монумента представляется, что, вряд ли китайские копировальщики воплотили в змеюке врагов соседней России.


Петр Великий, лицом, правда, мало похожий на оригинал Фальконе, вздыбил коня на запад в сторону российского поселка Забайкальск

Вообще местные китайцы любят говорить о своем городе как о чем-то уникальном, мистически наполненном евразийским смыслом. И каким бы банальным это ни казалось снобам на пустынно прилегающих к Маньчжурии российских просторах, проект работает и совсем неплохо. В китайской части торговой зоны Забайкальск-Маньчжурия количество туристов из внутренних районов КНР давно превысило немалое число российских посетителей. Хотя скептики и продолжают утверждать, что китайцы не обрусеют, скорее Россия пожелтеет, за коммерческой стороной данного начинания нельзя не видеть весьма полезное для нашей страны распространение среди китайского населения благоприятных представлений о соседней России и ее культуре, пускай и в самом лубочном варианте.


Все монументы ориентированы на юг к автостраде, откуда к ним приходят посетители

В завершение сюжета заметим, что неустанные усилия маньчжурских начальников в бескомпромиссной конкурентной борьбе за место под ласковым солнцем китайского туристического эльдорадо получают достойное признание.

Несколько лет назад сухопутный порт Маньчжурия в приграничной китайской провинции Внутренняя Монголия получил почетный титул «Один из самых очаровательных городов Китая», присуждаемый Центральным телевидением КНР. Чему наше русское искусство сослужило, надо полагать, не малую службу.

А что еще нужно людям доброй воли?

Фото автора





Эта статья опубликована на сайте Забайкальское информационное агентство
http://www.zabinfo.ru/