Война после войны

 

С момента прибытия первого организованного борта самолета с беженцами из Украины прошло несколько недель. Люди, прилетевшие в Читу с потерянными глазами и не представляющие что им делать дальше, начали слегка оживать, улыбаться и даже строить планы. Они уже не отворачивают свои лица, с удовольствием принимают все пожертвования и уже ищут работу.

«Мы не спрашиваем, как им было тяжело и сложно на Украине, мы стараемся их направлять вперед. Рассказываем про наш край, про наши особенности, про культуру и религию буддизма. Сколько стоит мясо и где его лучше покупать, где мы отдыхаем, как живем. Ведь самое лучшее, когда люди, отвлекаясь, начинают говорить о своем доме, эмоциях и о новых впечатлениях, кто он по профессии, где он жил», - рассказала доцент кафедры психологии ЗабГУ Лариса Бобылева, которая работает волонтером в пункте временного размещения беженцев из Украины на базе профилактория «Горняка», оценивая психологическое настроение прибывших.

 

Негатив забайкальцев

Однако в целом атмосфера вокруг беженцев сохраняется негативной – большинство забайкальцев упорно заявляют, что краю лучше без них, и что теперь все внимание и все средства будут устремлены только украинцам. Почему так, попытался разобраться корреспондент «ЗабИнфо», проведя в пункте временного размещения на базе профилактория «Горняк» пару часов с психологами и прибывшими.

Специалисты психологического центра «Доверие» заявили, что забайкальцы негативно настроены к беженцам с юго-востока Украины из-за неосведомленности об их проблемах, жизнях и потерях.

«Проблема серьезная, людей приезжает очень много, все в крае настроены либо равнодушно, либо негативно. Мне кажется, что очень многим не хватает информации, много слухов, домыслов, фантазий. Поэтому нужно больше рассказывать о том, какие люди прибывают, с чем, в каких условиях они находятся, с какими сложностями сталкиваются. Если забайкальцы все увидят собственными глазами, я думаю, что ситуация изменится», - рассказала психолог психологического центра «Доверие» Наталья Попова.

Директор центра Наталья Кузьмина добавила, что также на настроение забайкальцев влияет низкое социальное положение и проблема собственного трудоустройства. Однако она считает, что «на самом деле, в Забайкальском крае можно трудоустроиться, было бы желание, просто многие забайкальцы разучились работать».

«По поводу отношения забайкальцев к беженцам, я не согласна, что это плохие люди. Люди хорошие. Сейчас все находятся в стрессовой ситуации. Когда мы с вами испытываем огромный стресс, как мы реагируем? Тоже много эмоций и тревоги, все мы реагируем по-разному. А здесь, мало того, что люди находятся в стрессовой ситуации, люди остались без крова и жилья. Плюс попали в совершенно другой мир. У нас свой менталитет, у них - свой, у нас свои законы, у них - свои. Поэтому здесь нужно быть терпимыми», - добавила Кузьмина.

Лариса Бобылева также уверена, что большая часть негативно настроенных забайкальцев придерживается слухов, а не проверенной информации, также на их мнение влияет и сложные социально-экономические условия.

«Нужно помнить, что к нам приехали люди в один миг потерявшие все. Каждому человеку, обладающему хоть какой-то каплей сочувствия нужно просто побывать в этом центре и пообщаться с людьми. Здесь не закрыты двери. После этого, когда он увидит глаза детей, женщин, увидит мужчин, которые очень подавлены, тогда он скорей всего, изменит свое отношение», - рассказала Бобылева.

 

Дети вне войны

Психологи в один голос заверили, что детям также трудно, как и взрослым. Однако в итоге во мнении кому труднее, разделились. Все же, со слов специалистов, дети, в отличие от взрослых, не могут выразить свои переживания вербально, для этого они выбирают игры и рисунки.

«Часто бывает, что они играют в войнушку. Или рисунки совсем мрачные. Но сейчас, думаю, что дети постепенно привыкают к новому окружению, хотя до сих пор хотят домой и находятся в стрессе», - рассказала Наталья Попова.

Действительно, проходя мимо детей, замечаешь, что почти каждый второй смотрит еще запуганными глазами, крепко прижимаясь к своей матери или отцу. Но не буду говорить, что все. Есть уже и более активные дети, которые уже позволяют себе улыбаться, спокойно играть и даже выступать с маленькими концертами перед своими родителями.

С каждым днем детей и взрослых, как отмечают психологи, на приеме становится больше. Но тут Наталья Попова добавила, что все это замечательно, и открытость их и доброжелательный настрой, но стресс – дело не шуточное, особенно полученный по время войны. Возможно, что в будущем, завтра или через неделю, у всех или немногих он может проявиться, и тогда человек погрузится в нескончаемую апатию, страх и отчаяние.

 

Десять минут из жизни ополченца

После беседы с психологами удалось поговорить с единственным прибывшим ополченцем из самопровозглашенной Донецкой народной республики Виктором Шовкоплясом. Он и его супруга Людмила как раз получали новые вещи.

«Русских там нет, зато много иностранцев. Они наемники, видел и негров и поляков, американцев в том числе. Украинцы тоже есть, они идут самые первые, как пушечное мясо. Потом следом наемники, которые особо не светятся, постоянно ездят в БТРах, а позже при зачистке вылезают», - рассказал уроженец Горловки Виктор Шовкопляс.

Он добавил, что в ополчение все идут добровольно. Сейчас в его родном городе идет обстрел жилых кварталов.
«Украинская армия лупит по всему и со всех орудий, гаубиц и минометов. До Донецка и Луганска они так и продвигались. Сначала били со всех орудий, потом выходила зачистка. Когда мы давали отпор, они опять отходили, лупили, потом снова выдвигались. В городе ополченцев нет, они все стоят на окраинах, чтобы украинскую армию не пустить внутрь, где еще остаются мирные жители», - сказал Шовкопляс.
Виктор также рассказал, что перед тем, как продвигаться к городу, украинская армия полностью блокирует связь: «В первую очередь, они бьют по электро и водоснабжению, чтобы в городе ничего не осталось. Потом перекрывают вышки и все, связи как таковой – нет».

Он отметил, что сам в июне вывез жену и двоих детей, а затем вступил в ополченцы. В сражениях он пробыл два месяца, после получения ранения и контузии приказом своего командира был отправлен в Россию.

 

Простые планы желающих жить

В Симферополе Виктор несколько недель лечил свою раненную ногу. В Забайкалье полетел с семьей, потому что здесь есть работа. Но на практике все оказалось не так радостно, как представлялось семье Шовкопляс изначально.

Его супруга Людмила очень переживает за судьбу своей семьи – все, что предлагает Служба занятости – невостребованные работы с зарплатой 5-8 тыс. рублей: «А мы приехали с двумя детьми и бабушкой инвалидом. Проезд у вас дорогой, самое дешевое жилье как раз выходит на всю предлагаемую зарплату. И как же жить дальше?».

На днях в пункт временного размещения пришло предложение о трудоустройстве шахтеров. Но, в итоге всем подавшим заявки было отказано. Почему – семья Шовкопляс не знает, то ли из-за отсутствия документом, то ли по другим причинам.

Чтобы вернуться – у них и мысли даже не возникает – просто некуда. Все разрушено, их жилье разбито, работы, естественно, нет вообще никакой.

Таких как семья Шовкопляс, приехавших в Читу с надеждой на новую жизнь – уже около 800 человек. Война осталась в прошлом, но в будущее еще верится с трудом, потому что никто, ни психологи, ни ведомства, ни структуры края пока точно не знают, а что же делать дальше – где жить и работать нашим новым землякам. А ведь на подходе еще один рейс с еще со стами, двухстами потерянных и обездоленных.





Эта статья опубликована на сайте Забайкальское информационное агентство
http://www.zabinfo.ru/